1. Главная
  2. Статьи
  3. Персона
  4. Дмитрий Островский: «Мы не пошли по стопам других оружейных компаний…»

Дмитрий Островский: «Мы не пошли по стопам других оружейных компаний…»

30 октября 2020
775

Дмитрий Островский родился в городе Северодвинск Архангельской области. Окончил с красным дипломом Рязанское высшее военное командное училище связи, проходил службу в воздушно-десантных войсках. Увлекается практической стрельбой и кроссфитом. Женат, воспитывает сына. В настоящий момент Дмитрий является членом Совета директоров и Исполнительным директором компании SportWeapon Custom, производящей спортивное оружие. 

Дмитрий, как начались ваши взаимоотношения с оружием?

Все началось в 2006-м или 2007 году, сейчас уже точно не помню. Появилось желание приобрести травматический пистолет. К вопросу решил подойти серьезно: открыл Интернет и начал собирать информацию, какой пистолет лучше, какой хуже, сколько стоит и так далее. В конце концов, выбрал себе модель. Это был популярный на тот момент «травмат» «Хорхе» производства Климовского патронного завода. Вскоре я узнал, что у этого пистолета есть собственный клуб поклонников. Собирались ребята в одном ДОСААФовском тире, это была очень теплая, хорошая компания, где не только стреляли, но и обменивались новостями, какими-то жизненными впечатлениями. Я со всеми быстро познакомился, стал регулярно приезжать к ним на стрельбы. Вскоре среди нас появилась пара новичков, на тот момент уже занимавшихся стрелковым спортом. И они потянули нас в практическую стрельбу. Тогда все еще находилось в таком зачаточном состоянии. У половины спортсменов были пистолеты Макарова, у другой половины «Викинги». Про иностранные модели никто даже и не мечтал. И вот мы пока рядом стали тренироваться с нашей травматикой. Это было очень интересное время противостояния двух заводов-производителей — Климовского патронного завода (КСПЗ), выпускавшего «Хорхе», и Нижегородского завода АКБС, выпускавшего пистолет Т-10. Вокруг заводов стихийно возникли спортивные команды КСПЗ и АКБС, между которыми началась жесткая спортивная борьба. Я был активным участником КСПЗ, мы легко побеждали наших соперников, потому что оружие у нас было объективно получше. Производитель нас всячески поддерживал: ремонтировал пистолеты, давал магазины и боеприпасы. Потом у нас появилось уже две команды «Хорхе-1» и «Хорхе-2». Лучшие были в первой, послабее — во второй. У наших противников была такая же система. 

Но в один прекрасный момент мы поняли, что травматику переросли и пора уже заняться серьезным спортом в рамках Федераци практической стрельбы. И мы пошли учиться. У нас был отличный инструктор Вадим Стефанюк, который, я считаю, очень здорово нас обучил и, что немаловажно, дал основы безопасного обращения с оружием. Вскоре мы уже провели наши первые соревнования.

Дмитрий Островский: «Мы не пошли по стопам других оружейных компаний…»

Фото из личного архива Дмитрия Островского

Уже со спортивным оружием?

Да, у нас был пистолет «Викинг», один на 10 человек. Сейчас это кажется невероятным, но тогда мы тренировались и соревновались именно в таких условиях. Потом, уже году в 2010, я приобрел свою первую иномарку «Чиж» или CZ Shadow 8501, очень хороший пистолет, на тот момент бывший пределом мечтаний любого отечественного стрелка. 

Мы выступали тогда в классе «Продакшн» (о классах в практической стрельбе читайте на нашем сайте). Когда иномарки стали распространяться в практической стрельбе, сразу же началась такая внутренняя борьба за свои спортивные результаты. Как можно было их улучшить? Двумя путями. Еще подтянуть себя физически и сделать лучше свое оружие. Я стал бегать, подтягиваться, в общем, погрузился в нечто вроде кроссфита. Параллельно стал доставать лучшие детали для своего «Чижа». Апгрейдил оружие по максимуму, в рамках существующих правил, разумеется. 

Потом появился новый класс «Стандарт». Это вообще было супер. Основным условием было, чтобы твое оружие влезало в коробочку определенного размера и коробочка при этом закрывалась. Но с пистолетом в рамках этих габаритов можно делать все что угодно. И вот тогда уже началась серьезная гонка вооружений, потому что тот, у кого пистолет был конструктивно круче, практически всегда оказывался победителем. У кого-то многозарядник — он уже в выигрыше. Хороший спуск — залог победы. Прицел отличный — проще прицеливаться — точно победишь. Дальше — больше. Через некоторое время открылся класс «Опен». Тут уже вообще была полная свобода, никаких коробочек, усиливай оружие хоть до уровня бластера. Хотя, конечно, определенные лимиты были, ограничения по допустимой скорости пули, например. 

Примерно в то время мы вместе с Виктором Бояркиным и Владимиром Титовым создали команду КINETIC TEAM. У нас были серьезные пистолеты даже для «Опен» класса. Кроме того, мы постоянно тюнинговали свое оружие. Сменили кучу деталей, поменяли множество компаний, которые нам предлагали свои продукты. Много ошибались, потратили уйму денег на эти ошибки. Но в конце концов получили отличные результаты и на соревнованиях стали брать в основном первые и вторые места. 

Кроме того, у команды КINETIC TEAM появился дополнительный бизнес: мы делали тюнинг оружия на заказ и даже ввозили иностранные модели через знакомый оружейный магазин. Так я познакомился с моим сегодняшним партнером Сергеем Лопуновым, я сделал ему тюнинг пистолета, который ему очень понравился. Но вот пришел 2014 год, начались санкции, подскочил доллар. Делать тюнинг иностранного оружия стало сложнее, доступно не всем, и Сергей предложил мне серьезно заняться этим вопросом. Организовать совместный бизнес, получить лицензию на ремонт оружия.

То есть сначала была идея просто заняться тюнингом?

Да. Аппетит пришел уже во время еды. И, как оказалось, мы поступили грамотно в этом плане. Мы не пошли по стопам других оружейных компаний, которые сначала закупают станочный парк, набирают людей, а потом уже решают, что делать. Перед нами изначально стояла конкретная задача — делать тюнинг. Что для этого нужно? Такой-то станок. Все, покупаем. Еще нужен специалист. Нашли. Нам одного хватит? Пока хватит. Дальше ищем помещение. Потом: «Если мы добавим еще станок, то сможем уже что-то производить. Какую-то мелочевку». И так нарастало, нарастало. Тихо, медленно, в течение 5 лет. Прошли все комиссии, построили комнату хранения оружия, получили разрешение на хранение и торговлю оружием и вышли, наконец, вышли на получение лицензии на производство оружия у Минпромторга. К этому моменту, я считаю, мы уже стали профессионалами. И в оружейке, и в административной работе, и в технической документации, и вообще — как это делать все, как обеспечить, как все организовать. 

А все-таки что самое сложное оказалось в получении лицензии?

Есть у нас в законодательстве такая нестыковка: чтобы получить лицензию на оружие, нужно принести в Минпромторг акт обследования об укрепленности и защищенности объекта. То есть то, что у нас объект отвечает всем требованиям безопасности, есть охрана, все подключено, все сдано под охрану, все отлично. Проверку эту должна проводить Росгвардия. 

Но эту проверку Росгвардия не может возбудить только из-за того, что мы хотим получить лицензию. Мы приходим и говорим: «Мы хотим получить лицензию в Минпромторге на производство оружия». Они отвечают: «Так идите туда. Почему к нам пришли?» — «Хотим сделать акт». — «А на каком основании мы будем возбуждать проверку?» Приходим в Минпромторг, они говорят: «Нет, нет. Откуда мы знаем, что у вас все безопасно? Идите в Росгвардию». 

В конце концов, чтобы выкрутиться из этой ситуации, мы вынуждены были сначала подать документы на торговую лицензию, как будто мы хотим открыть оружейный магазин. То есть пришлось сделать торговую площадь, поставить витрину, сдать оружейку, получить разрешение на хранение и торговлю. В рамках этой процедуры Росгвардия уже была обязана составить нужный нам акт. Потом мы его продублировали в Минпромторг. 

Вы делаете принципиально новые модели или модифицируете уже созданные образцы?

В качестве платформы для наших пистолетов мы взяли конструкцию, изобретенную больше ста лет назад для пистолета «Кольт М1911». Сегодня на этой базе выпускается 90 % пистолетов для классов «Опен» и «Стандарт». Мы выбрали эту платформу, потому что хорошо изучили ее достоинства и недостатки, как она ведет себя в условиях наших российских реалий. Например, у нас в стране очень плохие, на мой взгляд, патроны. Стальная пуля, стальная гильза, порох низкого качества. Все это наносит серьезный урон пистолетам, особенно импортным. А мы делаем оружие, которое успешно работает и на российском патроне. 

Кроме того, «Кольт М1911» очень легко тюнингуется. Это конструктор, который может быть собран под любую задачу, любой патрон, любую комплекцию стрелка. Здесь можно учесть все. 

Значит, вы можете изготовить оружие с нуля по требованиям конкретного стрелка?

Конечно. Вот, например, очень хороший стрелок, мастер спорта Евгений Петрушин, говорит: «Дмитрий. Я хочу мягкий-мягкий спуск. Прямо очень легкий». Пожалуйста, мы сделали для него такую версию УСМ (ударно-спускового механизма). Другой говорит: «Я хочу коротенький спуск». Пожалуйста, мы сделали короткую версию триггера. Еще один приходит: «Хочу дизайн вот такой вот». Ради Бога. Кстати, во время проектирования нашего основного пистолета мы сделали восемь версий УСМ, пока последняя не понравилась спортсменам, с которыми мы консультировались. 

Ваши пистолеты стоят примерно столько же, сколько импортные модели. Не боитесь конкуренции?

Сегодня средняя цена на импортный пистолет класса «Стандарт» примерно 300 тыс. рублей. У нас модель с аналогичными характеристиками стоит 250. Мы сознательно решили войти на рынок с заниженными ценами. На самом деле наше оружие должно стоить значительно дороже. Почему? Во-первых, в конструкции наших пистолетов учтен опыт использования спортивного оружия именно в России, о чем я уже говорил выше, во-вторых, мы всегда можем обеспечить оперативный ремонт и модернизацию наших изделий. А вот человек, купивший сегодня, в условиях санкций, иностранный пистолет, в случае его поломки очень часто даже не представляет себе, что с ним дальше делать. В наши дни в оружейках стрелковых клубов и тиров вы сможете найти тонны такого хлама. 

А как относительно конкуренции с такими оружейными гигантами, как Концерн «Калашников», Тульский оружейный завод и другие?

Отличный вопрос. С их стороны конкуренции мы вообще не боимся. Потому что у них конверсия. Они уходят из армии в спорт. А мы нет. Мы сразу в спорте и понимаем потребности спортсменов. Военный стреляет примерно 100 выстрелов в месяц, а спортсмен до тысячи в неделю. Это совершенно другая специфика. В крупных оружейных компаниях сидят у нас нереально умные люди, классные оружейники, но они привыкли решать абсолютно другие задачи — как победить в войне, а не в спорте. Вот когда большие заводы начнут набирать в конструкторы спортсменов, тогда только начнется конкуренция хоть какая-то. А сейчас я не считаю их даже близко конкурентами. 

Заключительный традиционный вопрос о ваших творческих планах.

Планы очень амбициозные. Планируем выпустить две винтовки. Сделаем их с газоотводом и с газпистоном. Одна пойдет в спорт, другая больше в тактику, оборону и так далее. А по пистолету мы взялись за проектирование модели для класса «Продакшн». Это будет симбиоз системы CZ с Glock. Я не скажу, когда это будет. Даже и близко не могу спрогнозировать. Но пока не будет такой надежности, которой обладает сейчас наше оружие, мы его не выпустим. Вот сделаем, испытаем, будем уверены во всем на 100 процентов — выдадим продукт.